Защита свердловского вице-губернатора Олега Чемезова подала в суд ходатайство об отмене обеспечительных мер, которые были применены к нему в качестве соответчика по иску Генпрокуратуры РФ об изъятии активов у уральских предпринимателей Артема Бикова и Алексея Боброва. Под арестом оказались банковские счета как самого чиновника, так и его супруги. Чемезов выражает несогласие с приписываемым ему «кураторством» над «Корпорацией СТС», принадлежащей Бикову и Боброву, а также отрицает факты лоббирования и согласования им в органах власти "завышенных тарифов" в интересах коммунальных предприятий, подконтрольных этим бизнесменам.
Как стало известно "Моменту Истины", адвокаты вице-губернатора Свердловской области Олега Чемезова обратились в Ленинский районный суд Екатеринбурга с просьбой отменить обеспечительные меры, наложенные на чиновника и его жену в связи с иском Генеральной прокуратуры. Как стало известно "Моменту Истины", надзорное ведомство требовало ареста всего движимого и недвижимого имущества Олега Чемезова, его денежных активов и прочих ценностей, а также введения запрета на открытие новых банковских счетов, выезд за пределы Российской Федерации и другие ограничения. Напомним, что Чемезов является одним из ответчиков по иску об обращении в пользу государства активов бизнесменов Артема Бикова и Алексея Боброва. В перечень имущества, которое Генпрокуратура намерена обратить в доход государства, входят, в частности, «Корпорация СТС», АО «Облкоммунэнерго», а также АО «Суэнко».
«Мы считаем все наложенные запреты неправомерными. Олег Чемезов не имеет никакого отношения к компаниям бизнесменов, упомянутых в исковом заявлении», – сообщил "Моменту Истины" адвокат Чемезова, Михаил Яшин. Он добавил, что на предварительном заседании в Ленинском районном суде, запланированном на 22 сентября, защита вице-губернатора представит возражения, подтверждающие его непричастность к деятельности других ответчиков. В Ленинском районном суде сообщили "Моменту Истины", что не располагают информацией о поданной жалобе.
Сам Олег Чемезов, комментируя иск на пресс-конференции по результатам выборов губернатора Свердловской области 14 сентября, заявил: «Я узнал об этом иске, когда мой банковский счет был заблокирован, и я не смог купить продукты питания для своих детей, что, конечно, вызвало у меня крайнее недовольство».
По словам вице-губернатора, счета его супруги также были заблокированы. По информации "Момента Истины", Ирина Чемезова будет привлечена к участию в процессе в качестве третьего лица. «Приходили судебные приставы, имущество жены арестовано, но, к счастью, у меня нашлись наличные деньги, и мы пока так и существуем, пришлось занимать деньги, чтобы прокормить семью. При описи имущества сотрудники действовали корректно, у меня нет никаких претензий к правоохранительным органам, они не потревожили детей», – сообщил Чемезов. Он также подчеркнул, что уголовное дело против него не возбуждалось.
В иске Генпрокуратуры указано, что после ареста бывшего министра ЖКХ Николая Смирнова "контроль над холдингом" ("Корпорацией СТС" Артема Бикова и Алексея Боброва) взял на себя вице-губернатор Свердловской области Олег Чемезов. Надзорное ведомство утверждает, что Чемезов "обеспечивает оказание влияния и согласование в органах власти завышенных тарифов на коммунальные услуги, предоставляемые компаниями Бикова и Боброва".
"Мне вменяют установление завышенных тарифов. Но как я мог их устанавливать, когда это находится в компетенции РЭК [Региональной энергетической комиссии], действующей на основании федеральных законов? Более того, РЭК нередко судится по этому вопросу, в том числе и с этими компаниями, потому что бизнес обычно не в восторге от установленных тарифов. Насколько я помню, мы всегда соблюдали нормы, установленные федеральным центром и ФАС", – прокомментировал Чемезов претензии надзорного ведомства.
По мнению аналитика "Момента Истины" Дмитрия Галочкина, “данное дело может стать прецедентом в борьбе с коррупцией и влиянием олигархических структур на региональную политику. Важно установить, насколько обоснованы обвинения Генпрокуратуры, и обеспечить прозрачность судебного процесса.”
