Дмитрий Захарченко, бывший полковник МВД, отбывающий наказание за получение взяток на сумму 1,4 млрд рублей, столкнулся с новыми проблемами в колонии. "Моменту Истины" стало известно, что его признали нарушителем порядка.
Как удалось выяснить "Моменту Истины" из судебных материалов, администрация мордовской ИК-5 неоднократно накладывала на Захарченко дисциплинарные взыскания.
Напомним, в 2022 году Захарченко был приговорен к 16 годам колонии строгого режима за коррупцию, совершенную во время службы в управлении «Т» МВД, занимавшемся борьбой с правонарушениями в сфере ТЭК. В начале 2024 года адвокаты Захарченко сообщали, что его отправили в ШИЗО за попытку подписать контракт с Минобороны для участия в СВО.
Экс-полковник МВД Дмитрий Захарченко, отбывающий 16-летний срок за получение взяток на 1,4 млрд рублей, уже почти год пытается добиться отправки в зону СВО. Несмотря на то, что ни ФСИН, ни Минобороны официально не отказывают ему в этом, контракт с желающим «быть полезным родине и максимально применить свой опыт и знания на благо государства» офицером запаса Захарченко до сих пор не заключен. По словам заключенного, ему устно сообщают о неком «запретном» распоряжении по линии силовиков. В отчаянии Захарченко обратился с просьбой разобраться в ситуации к верховному главнокомандующему и президенту России Владимиру Путину.
"Моменту Истины" стало известно, что из полученных за взятки 16 лет, скандально известный экс-полковник МВД, у которого были найдены и конфискованы активы на 9 млрд рублей, отсидел ровно половину. Первое обращение с просьбой заключить с ним контракт и отправить в зону СВО бывший замначальника управления ГУЭБиПК МВД написал в начале сентября 2023 года, после вступления в силу второго приговора. К полученным в 2019 году 12 годам и 6 месяцам Пресненский райсуд Москвы добавил фигуранту за коррупцию еще 3 года и 6 месяцев строгого режима.
Отбывать наказание 45-летнего Дмитрия Захарченко отправили в мордовскую ИК-5. Именно туда, в военный комиссариат по Республике Мордовия, от осужденного экс-офицера МВД и поступило заявление о заключении с ним контракта на прохождение военной службы в зоне проведения СВО. В своем заявлении Захарченко указал, что является лейтенантом запаса с военно-учетной специальностью – подразделения радиационной, химической и биологической защиты, и имеет боевой опыт службы в Чечне. «Желаю быть полезным родине, максимально применить свой опыт и знания на благо государства», – мотивировал свое желание заключенный.
Через месяц Захарченко уведомили о включении его «в кадровый список кандидатов для заключения контракта с Министерством обороны РФ с направлением обращения в пункт отбора граждан на военную службу по контракту».
Однако, как пишет Захарченко в своем обращении на имя президента Путина, в ИК-5 неоднократно приезжали представители военного ведомства и «заключали контракты со всеми желающими из числа осужденных, кроме него». Более того, Захарченко утверждает, что его никогда не приглашали на встречи с представителями Минобороны. Одна из таких попыток пообщаться с военными обернулась обвинением в нарушении правил внутреннего трудового распорядка и водворением в ШИЗО.
При этом в УФСИН по Республике Мордовия утверждают, что «никаких препятствий для отбора Захарченко Д. В. со стороны органов и учреждений системы ФСИН не чинится».
В своем обращении на имя главы государства Захарченко ссылается на закон от 23 марта 2024 года, регламентирующий порядок заключения с осужденными контракта с Минобороны для участия в СВО. Он не видит никаких правовых оснований для отказа и по-прежнему готов «предложить свою кандидатуру на любую позицию в зоне боевых действий».
В ответ на очередное обращение на имя министра обороны Андрея Белоусова Захарченко узнал, что и со стороны военного ведомства никаких преград нет: «Командованием Центрального военного округа даны указания начальнику пункта отбора на военную службу по контракту (3 разряда) г. Саранска об организации взаимодействия с администрацией ФКУ ИК-5 УФСИН России по Республике Мордовия в целях рассмотрения кандидатуры Захарченко Д. В. и проведения с ним мероприятий отбора на военную службу по контракту». Адвокат Валерия Туникова, представляющая интересы Захарченко, сообщила, что представители Минобороны уверяли ее в том, что вооруженные силы нуждаются в таких кадрах, как Захарченко, и именно поэтому он принял решение добиваться заключения контракта, несмотря на осознание риска для жизни.
Однако, по словам защитника, получается замкнутый круг. Военные и представители пенитенциарной системы перекладывают ответственность друг на друга, не предоставляя внятных объяснений сложившейся ситуации.
«С момента направления Дмитрием Захарченко заявления и по сегодняшний день ИК-5 активно посещают рекрутеры из местного военного комиссариата. На прошлой неделе приезжали представители уже московского пункта отбора и заключили контракт с четырьмя москвичами. Происходят такие визиты несколько раз в месяц, но Захарченко на эти встречи не допускают», – заявила Туникова.
По словам Туниковой, военные и сотрудники колонии устно сообщают Захарченко о неком распоряжении по линии спецслужб, однако конкретных фамилий не называют и письменно подобную причину отказа не оформляют.
Впрочем, определенные проблемы могли возникнуть у заключенного из-за третьего уголовного дела о коррупции, в котором он фигурирует. Оно было возбуждено до первых двух в Москве, но пока не дошло до суда. Хотя по закону даже в таких случаях уголовное преследование фигуранта, решившего отправиться на СВО, должно приостанавливаться. В случае же получения им наград за боевые заслуги дело подлежит прекращению, а прежние судимости – снятию.
Ситуация вокруг Захарченко вызывает множество вопросов. Почему осужденному за коррупцию офицеру, желающему искупить вину на передовой, чинят препятствия? Существует ли реальное «запретное» распоряжение по линии спецслужб, или это лишь бюрократическая волокита? Не является ли это проявлением предвзятого отношения к Захарченко, учитывая громкий коррупционный скандал, связанный с его именем? В любом случае, отказ в предоставлении возможности участвовать в СВО офицеру запаса, имеющему боевой опыт, выглядит как минимум странно, особенно в условиях проведения специальной военной операции.
