Курс валют:
USD 63.7730   EUR 70.6286 
Официальный сайт Момент Истины
о редакции

Добро пожаловать в Магадан!

Дата публикации: 11.03.2013
Редактор: Островский Николай
Медведев пригласил соотечественников осваивать Сибирь и Дальний Восток

Не успел Минрегион похвастать новой программой по переселению в Россию соотечественников, проживающих за рубежом, как премьер Дмитрий Медведев поставил на ней жирный крест. Предполагалось, в новой программе примут участие 40 регионов РФ, и Россия будет принимать по 300 тысяч человек в год («Свободная пресса» об этом уже рассказывала). И вот теперь Медведев внес в программу существенную поправку: получать «подъемные» смогут только те соотечественники, которые переселяются на Дальний Восток и Байкал. Об этом сообщает пресс-служба правительства.

«Реализация положений данного документа позволит создать условия для стимулирования переселения участников госпрограммы и членов их семей на постоянное место жительства в Россию на территории приоритетного заселения, то есть в субъекты РФ, расположенные на Дальнем Востоке или в Байкальском регионе, имеющие стратегически важное значение и испытывающие недостаток трудовых ресурсов», – говорится в сообщении.
Это значит, что программа обречена на провал. Именно отсутствие компенсационных выплат было основной причиной, из-за которой с треском провалилась первая программа переселения, которая действовала с 2007 года (с ее помощью за пять лет в Россию вернулось лишь несколько десятков тысяч человек – вместо заявленных 700 тысяч).
…То, что программа переселения нужна России, было ясно еще в 2008 году. Я убедился в этом лично. В качестве спецкора МИДа посетил несколько регионов, которые принимали соотечественников. Так, побывал в поселке Жарки Липецкой области. Туда перебрались несколько десятков переселенцев и устроились на работу на Жарковский деревообрабатывающий комбинат.
Комбинат в Жарках построили в 1943 году по постановлению Совмина – после боев в стране была разруха, и требовалось срочно наладить производство обрезной доски, а также сборных деревянных домов. Жарковский ДОК – деревообрабатывающий комбинат – был крупнейшим предприятием такого рода в СССР, и отгружал в сутки два эшелона готовой продукции. До сих пор «жарковские» домики стоят на Северном полюсе. С перестройкой, понятно, ДОК развалился. На нем сменился десяток директоров, пока в комбинат не выкупил нынешний владелец – торгово-производственная группа «Феликс». – Мы открыли в дополнение к действующему фанерному цеху мебельный цех и создали 500 дополнительных рабочих мест, – рассказывал гендиректор Вячеслав Спирин. – Это цех европейского уровня, с оборудованием из Италии и Германии. Проблема в том, что в поселке жуткий дефицит кадров, я не могу найти рабочих...
В советское время в Жарках проживало 8500 человек, сейчас – вдвое меньше. За годы перестройки уехали лучшие, и когда Спирин открыл новый цех, оказалось, что работать в нем некому. Тогда гендиректор закупил десяток автобусов и начал нанимать рабочих в радиусе 100 километров. Но даже тотальное прочесывание округи не покрывало дефицит. – Меня это по рукам связывает, – жаловался Спирин. – У компании полно интересных проектов. Например, построить цех по производству крупноформатной фанеры. Мы провели предварительные переговоры: Европа готова закупать такую фанеру, банки – выдать кредит под строительство цеха. Но в нем должны работать 200 человек. А откуда их взять, если я даже действующее производство не могу укомплектовать кадрами?!
Спирин видел выход именно в привлечении переселенцев. Для них он взял в аренду на 49 лет с правом выкупа целый этаж в двухэтажном общежитии и фактически сделал там евроремонт. На первый взгляд, было бы проще завезти на комбинат временных рабочих из Средней Азии. Но Спирин считал, что это бесперспективный путь. – Они хитрые, – объяснял Спирин. – Пока стоишь над душой – работают, а чуть отвернешься... Я работал в 1987–1989-х годах на танковом заводе в Алжире – там была такая же ситуация. Один рабочий, Джамаль, особенно меня достал – бездельник каких поискать. Была там цементная ванна с каустической содой, куда погружали корпус танка или башню перед сваркой, чтобы очистить от краски. Иду однажды по цеху – сидит на краю ванны Джамаль и ногами болтает. Я говорю: «Возьми ключ, отцентруй лебедку». А он: «Месье, я не понимаю». И опять ногами болтает. Тут я не сдержался: «Расп...й, ну-ка дуй за ключом, голову оторву». Он заулыбался: «Monseigneur, qu'est-ce que c'est raspizdjai? (месье, кто такой расп...й?)». «C'est Dgamal en russe», – говорю (это Джамаль по-русски). Он побежал через весь цех, крича: «Raspizdjai, raspizdjai!» Подошел мастер: зачем вы так, многие алжирцы знают русский, объяснят ему, что к чему. Ничего, говорю, пока обратно с ключом прибежит, все забудет. Так и вышло... Нет, уж лучше иметь дело с переселенцами – они, по крайней мере, за работу держатся…
В итоге, со стартовой программой переселения получалось так. России были нужны рабочие руки, но возвращаться на Родину соотечественники не спешили. Прежде всего – из-за недостатка денег. Регионы, принимающие соотечественников, изначально поделили на три категории. В первую – категорию «А» – попали приграничные города вроде Калининграда. При переезде туда глава семьи получал 60 тысяч рублей подъемных, члены семьи – по 30 тысяч. В регионах категории «Б» – 40 тысяч и 15 тысяч соответственно.

Для категории «В» компенсационных выплат вообще не предусматривалось, и народ туда элементарно не ехал. – Я считаю, бедному человеку стоит крепко подумать, прежде чем участвовать в программе переселения соотечественников, – объясняла мне Майя Шаповал, которая по программе переселения перебралась из Украины в Калугу.
На Украине у семьи Шаповал остались две квартиры – трехкомнатная и однокомнатная. Продать их было невозможно, поскольку обе находились в брошенных шахтерских городках. В подъездах там отключена горячая и холодная вода, были вынуты стекла, срезаны перила. Тем, кого нелегкая заносила на жительство в такой город, в местном ЖЭКе предлагают выбрать квартиру, которая понравится, и жить в ней. Казалось, терять в такой ситуации нечего, можно без оглядки ехать в Россию, но… – Однозначно не стоит ехать в регионы с категорией вселения «В», где не предусмотрены компенсационные денежные выплаты, – убежденно говорила Майя. – У нас, например, чтобы устроиться на новом месте, ушло около 15 тысяч долларов. Если нет денег – ловить в России нечего….
И вот теперь господин Медведев фактически сделал всю страну территорией «категории «В». И раньше переезд в Россию, как мы видим, был делом весьма затратным. Сейчас – благодаря премьеру – он стал и вовсе нерентабельным. – Приехать в Россию без денег у переселенцев не получится, – говорит президент Союза предпринимателей и арендаторов России Андрей Бунич. – Чтобы обеспечить приезд в Россию 300 тысяч человек – как обещал Минрегион – нужны миллиарды долларов из федерального бюджета. Думаю, в правительстве учли этот момент и пришли к закономерному выводу: прикрыть программу переселения соотечественников неудобно, но нужно, чтобы она была максимально непривлекательной – для этого в качестве региона для переселения оставлен Дальний Восток. В этом случае мало кто захочет воспользоваться программой.
Думаю, программа переселения была важна Путину прежде всего с политической точки зрения – она формирует внешнеполитический имидж России. Но не думаю, что переселение соотечественников – первоочередная задача с точки зрения экономики. У нас есть более насущные задачи, чем трудоустройство соотечественников – я имею в виду трудоустройство целых регионов (прежде всего, на Кавказе), которые сегодня непонятно чем занимаются. В эти регионы идут колоссальные деньги, и совершенно необоснованно. Возможно, правительству Медведева следовало бы сделать упор на трудоустройстве кавказской молодежи, а не на проблемы миграции зарубежных соотечественников. В конце концов, соотечественники, которые хотели вернуться в Россию, уже сюда вернулись. Проблему, скорее, составляет «утечка умов» из России – ежегодно страну покидают до 150 тысяч высококвалифицированных специалистов.
«Чтобы ехать на Дальний Восток, нужен менталитет первопроходца», – считает депутат Госдумы третьего и четвертого созывов Виктор Алкснис. – Проблема переселения соотечественников была актуальна в 1990-е, – говорит Алкснис. – Тогда во многих республиках были сильны миграционные настроения, и люди готовы были при любых условиях ехать в Россию. Но с тех пор произошли кардинальные изменения – соотечественники осознали, что в России их никто не ждет. Тем не менее, московские чиновники убеждены, что все русские, проживающие за рубежом, только и ждут, чтобы вернуться на историческую Родину.
На мой взгляд, это опасное заблуждение. Люди сегодня поедут в Россию при одном условии – если в России им будет лучше. Но даже на бытовом уровне это сомнительно. В республиках СНГ наши соотечественники вросли в окружающую среду, обеспечены жильем, с которым здесь будут проблемы.
Да, сегодня в Россию жаждут вернуться старики – чтобы умереть на Родине. Но их дети и внуки не разделяют подобных воззрений. Они, скорее, поедут на Запад – но никак ни на Дальний Восток.
Я считаю, обещание Медведева выплачивать компенсации тем, кто приедет на Дальний Восток и Байкал – лишь профанация здравого смысла. Чтобы ехать туда, нужен менталитет первопроходца, а сегодня такого менталитета вы не найдете…
Зачем тогда огород городить? Видимо, чтобы сохранить видимость заботы о соотечественниках, а заодно и финансовыми потоками порулить — деньги из казны ведь в любом случае будут выделяться. Сотня-другая миллионов в умелых чиновничьх руках быстро найдут свое применение. Что же до освоения заброшенных дальневосточных и сибирских территорий, то для этого вполне гастарбайтеры сгодятся. Китайцы, например, с удовольствием оседают и в Приамурье, и в Забайкалье. Им много не надо. Пока...
Источник
Сейчас читают