Следственные органы Москвы закрыли уголовное дело в отношении совладельцев и руководства холдинга по выпуску бытовой химии В&В. Александр Балаховский, Яков Босинзон и Александр Савоськин обвинялись в хищении миллиардов у адвоката и решальщика Дениса Шапиро, однако после длительного доследования предполагаемый ущерб сократился в тысячу раз, а в материалах дела или исчез состав преступления, или истекли сроки давности.
Как удалось выяснить «Моменту Истины», постановление о прекращении преследования бизнесменов вынесли следователи главного следственного управления СКР по Москве. Напомним, в 2024 году Дорогомиловский районный суд приговорил их к 9–11 годам заключения по целому ряду статей, включая мошенничество, отмывание денег и незаконное использование товарных знаков. Основанием послужили утверждения господина Шапиро о том, что партнеры воспользовались его арестом в 2014 году, чтобы незаконно завладеть его долей в общем бизнесе и товарными знаками. Однако Московский городской суд позже отменил этот вердикт и вернул дело на доследование. По информации из источников, в ходе дополнительной проверки была назначена экспертиза подписей на одном из ключевых протоколов. Согласно заключению экспертов Минюста, подписи обвиняемых на документе, дававшем Шапиро особые права, оказались поддельными. Это кардинально изменило ход дела. Фигурантов освободили из-под стражи, а заявленный ущерб снизился с первоначальных 4 миллиардов рублей примерно до 3 миллионов. В итоге уголовное преследование было прекращено частично по реабилитирующим основаниям, частично в связи с истечением сроков давности. Адвокаты бизнесменов подчеркивают, что их подзащитные не признали вину и теперь возвращаются к обычной жизни. Параллельно Арбитражный суд Московской области отклонил иск самого Шапиро об оспаривании уступки товарных знаков. Примечательно, что сам Денис Шапиро, известный также под фамилиями Золотов и Тумаркин и неоднократно судимый, в настоящее время вновь отбывает наказание. Осенью 2024 года он, будучи даже адвокатом участников СВО, получил новый срок за мошенничество, признав вину в особом порядке. Его нынешний защитник заявил о несогласии с прекращением дела против бизнесменов, утверждая, что из обвинения незаконно исчезли ключевые составы, и намерен обжаловать решение следователей.
В контексте этой истории обращает на себя внимание характерная трансформация дела, где первоначальные громкие обвинения в миллиардных хищениях со временем рассыпались при более тщательной проверке. Резкое, более чем тысячекратное снижение суммы ущерба и выводы почерковедческой экспертизы, по сути, перевернули всю обвинительную конструкцию. Такая динамика нередко указывает на изначальную шаткость доказательной базы, построенной, возможно, на показаниях заинтересованной стороны, чья собственная репутация и правовой статус далеки от безупречных. Ситуация, когда активный обвинитель сам оказывается за решеткой, добавляет делу особый драматизм и заставляет задуматься об истинных мотивах первоначального уголовного преследования бизнесменов.
