Курс валют:
USD 65.9961   EUR 73.2227 
Официальный сайт Момент Истины
о редакции

Война за Torex и «Бульдорс» дошла до уголовных дел

Дата публикации: 17.06.2019
Война за Torex и «Бульдорс» дошла до уголовных дел

Известный саратовский миллиардер Игорь Седов, используя татарстанскую полицию, пытается посадить сына своего покойного компаньона

СМИ пишут о том, что многолетняя война между владельцами известного дверного бренда Torex затронула аффилированный с ним Казанский завод стальных дверей, который должен был стать синекурой для детей отцов-основателей, но в итоге он оказался яблоком раздора.

На днях стало известно, что Руслан Мухитдинов, потерявший долю в предприятии и решивший ее вернуть через суд, оказался за подобное под подпиской о невыезде. МВД по РТ квалифицировало это как попытку мошенничества. Юристы же видят в этом тревожный тренд.

Стоит отметить, что 4 года в Саратове не утихает война между двумя равно уважаемыми семействами — Седовых и Мухитдиновых. Эту «войну» активно обсуждают местные СМИ.

Стоит отметить, что в начале 90-х годов выходец из Альметьевска Салават Мухитдинов и миллиардер Игорь Седов удачно вложились в ваучерную приватизацию саратовского госпредприятия «Тора», где они работали. А когда они присоединили к нему свою компанию ПКФ «Комцерус», предприниматели получили подавляющее преимущество по сравнению с другими собственниками вновь созданного ТОО «Торэкс». Таким образом Игорь Седов стал директором завода, а Салават Мухитдинов — его заместителем. Седов получил 42,371 процент доли компании, Мухитдинов — 33,93 процентов. К тому же в составе учредителем значились Сергей Ионов, а также несколько миноритариев. В начале 2000-х годов Седов упрочил свою доминирующую позицию в компании, скупив доли миноритариев и 2,5 процентов доли Мухитдинова. В результате Седов стал владеть 51,4 процентами уставного капитала, а доля Мухитдинова снизилась до 31,533 процентов.

Годы шли, за двадцать с лишним лет «Торэкс» стал крупнейшим в нашей стране производителем железных дверей с долей рынка в 22 процента и годовой выручкой более трех миллиардов рублей. Соучредители наслаждались богатыми дивидендами, а Седов стал одним из самых влиятельных бизнесменов Саратовской области.
В начале 2010 года в Казани было создано ООО «Завод противопожарных дверей Торэкс-Казань». В то время в Казани обанкротилась одна из фирм по производству стальных дверей, и ее пустующие помещения по случаю приобрел «Торэкс». Казанский завод оснастили оборудованием из Саратова, а на головном предприятии поставить новое. Решение было отличное, оно позволило убить сразу двух зайцев — они и модернизировали основной бизнес, и за небольшие деньги зашли на перспективный татарстанский рынок.

По словам 34-летнего сына Салавата Мухитдинова Руслана Мухитдинова, отцы-основатели компании хотели создать некую синекуру для своих детей. Для этого они и соответствующим образом поделили уставник: у Владимира и Дмитрия Седовых — по 30 процентов, у Руслана Мухитдинова и Антона Ионова — по 20 процентов в капитале казанского завода.

По словам Руслана Мухитдинова, продукция пользовалась спросом, бизнес, работающий под бодрой торговой маркой «Бульдорс», пошел в гору. Согласно данным «Контур. Фокус», в 2017 году КЗСД получил выручку в 1,2 миллиарда рублей и чистую прибыль в 76,2 миллиона рублей.

Эта идиллия продолжалась до августа 2015 года, когда в саратовском ООО «Торэкс» возник конфликт между Мухитдиновым-младшим и Игорем Седовым.
Руслан Мухитдинов рассказал, что первоначально конфликт вырос из того, что он заявил директору ООО «Торэкс» Владимиру Седовуо недопустимости нарушения трудового законодательства на предприятии, так как стало известно, что сотрудников завода во время простоя заставляют писать заявления об отпуске за свой счет, не желая выплачивать зарплату. При этом Мухитдинов отметил, что возникший конфликт отразился на его отце. Игорь Седов предложил ему уйти из состава участников ООО «Торэкс», передав ему свою долю в размере 31,533 процентов за 200 миллионов рублей, пояснив, что иначе будет плохо. Мухитдинов старший не согласился с этим, на что ему сказали, что он об этом пожалеет, что ему вообще ничего не выплатят и задействуют для этого все свои связи и возможности.

Практически сразу же после этого разговора Салават Мухитдинов, у которого и так были серьезные проблемы со здоровьем, перенес второй инфаркт. В больнице его спасли, проведя операцию на сердце. Выписавшись, он согласился выйти из состава учредителей компании, подав соответствующее заявление в октябре 2015 года. но при этом он потребовал за свою долю 660 миллионов рублей.

Более месяца юристы обеих сторон пытались достичь компромисса по сумме отступных, но безрезультатно. Более того, неожиданно Игорь Седов обвинил Мухитдинова в мошенничестве — якобы тот во время приватизации обманом присвоил принадлежащие Седову ваучеры, подделал приватизационную ведомость, а затем и учредительные документы ООО «Торэкс», приписав себе лишнюю долю — дескать, на самом деле ему принадлежит лишь 9 процентов уставного капитала. По версии Руслана Мухитдинова, за этот пакет Седов был готов заплатить 70–80 миллионов рублей. Мухитдинов-старший не согласился на такое «заманчивое предложение», и тогда в конце январе 2016 года в отношении него было возбуждено уголовное дело. Не вынеся нового стресса, 29 февраля 2016 года Салават Мухитдинов умер от третьего инфаркта.

Супруга умершего Салавата Мухитдинова добилась у Службы безопасности ГУМВД по Саратовской области проведения проверки обстоятельств возбуждения уголовного дела. Но тут началась новая волна — якобы проверка выявила личную заинтересованность начальника СЧ СУ УМВД России по г. Саратову Буйнаковского О.В. С помощью полиграфа было установлено, что еще до официального поступления материалов дела в следственную часть Буйнаковский общался с адвокатами Седова по поводу заведения уголовного дела в отношении Мухитдинова, они вместе оговаривали, какие нужно давать показания и что указывать в заявлении, чтобы обойти нестыковки в деле. Также полиграф показал, что с вероятностью 85% Буйнаковский руководствовался материальной заинтересованностью. В результате он был уволен из МВД, а уголовное дело в отношении Мухитдинова прекращено.

Но на этом ничего не закончилось. В местных СМИ регулярно публиковались статьи о том, что некая группа махинаторов собирается осуществить рейдерский захват предприятия. По данным СМИ, Седов мобилизовал в свою поддержку даже губернатора Саратовской области Валерия Радаева.

В марте текущего года, то есть через 3 года после, казалось бы, уже сданного в архив уголовного дела, СУ СК РФ по Саратовской области по согласованию с местной прокуратурой возобновила расследование. Впрочем, уже 10 апреля это решение было отменено Волжским районным судом города Саратова.

Стоит отметить, что учредителям ООО «Торэкс» также не удалось через арбитражный суд перераспределить между собой долю покойного. К тому же, Арбитражный суд Саратовской области выдал исполнительный лист на взыскание с компании в пользу семьи Мухитдиновых 411 миллионов рублей согласно проведенной экспертизе стоимости активов компании. Впрочем, Мухитдиновы денег до сих пор не увидели — руководство «Торэкс» добилось у арбитражного суда рассрочки, ссылаясь на риск банкротства предприятия.

При этом есть информация, что Мухитдиновы подозревают Игоря Седова в создании схемы по вымыванию прибыли из компании. Между заводом и покупателями была создана «прокладка» — ТД «Торэкс», которым формально владеет сын Игоря Седова, Владимир Седов. Тамара Мухитдинова в своем обращении на имя генпрокурора РФ Юрия Чайки сообщала, что Седовы только за два года официально вывели под видом дивидендов ООО «ТД Торэкс» на личный счет Владимира Седова более 510 миллионов рублей, подготавливая тем самым ООО «Торэкс» к банкротству. По версии семьи Мухитдиновых, аналогичная схема действует и на казанском КЗСД. По словам адвоката Руслана Мухитдинова Олега Володичева, в 2014 году по адресу КЗСД была создано ООО «Казанская дверная компания» (КДК), 100 процентов собственником которой также является Владимир Седов.

Адвокат отмечал, что КДК фиктивно получает продукцию от КЗСД по заниженной цене, тем самым основную долю прибыли от продажи дверей оставляя у себя. Фактически происходит перераспределение прибыли в пользу семьи Седовых. По его словам, в результате этого в 2016–2017 годах произошло резкое падение официальной прибыли завода — с 255,1 до 76,8 миллионов рублей в год. Но наряду с этим симметрично выросла прибыль КДК: «Контур. Фокусе».

Но эти сражения кипят и в Татарстане. Стало известно, что в адрес бизнес-омбудсмена РТ Тимура Нагуманова поступило обращение от Руслана Мухитдинова, который пожаловался на незаконное уголовное преследование со стороны сотрудников казанской полиции. Уголовное дело по статье «Покушение на мошенничество» в отношении Мухитдинова было возбуждено 11 июля 2018 года по инициативе соучредителей и по заявлению директора КЗСД Романа Клочкова. В постановлении сказано, что Мухитдинов, владея долей в размере 4 процента от уставного капитала общества, разработал преступный план, направленный на хищение и приобретение права на имущество ООО «КЗСД» путем обмана.

К тому же в постановлении отмечается, что согласно разработанному плану, Мухитдинов, заранее зная, что согласно решению общего собрания участников общества от 6 декабря 2012 года его доля в уставном капитале составляет 4 процентов, решил путем обращения в Арбитражный суд РТ с заявлением о признании недействительным решения общего собрания участников КЗСД от 6 декабря 2012 года, не оспаривая при этом решения участников от 9 марта 2010 года, согласно которому он владел 20 процентов уставного капитала общества, путем обмана похитить и приобрести права на 16 процентов доли в уставном капитале ОО «КЗСД» балансовой стоимостью в размере 184,88 миллионов рублей.

Далее сказано о том, как Мухитдинов, действуя в продолжение своего единого преступного умысла, последовательно обращался в различные судебные инстанции, но везде его иск оставался без удовлетворения. Таким образом преступный замысел на хищение чужого имущества не был доведен до конца по независящим от Мухитдинова обстоятельствам.

Стоит отметить, что сейчас Мухитдинов находится под подпиской о невыезде в своем доме в Саратовской области. Его адвокат говорит о том, что на днях была завершена стадия предварительного следствия, и обвиняемый приступает к изучению материалов дела.

В пресс-службе УВД Казани сообщили, что расследование дела Мухитдинова продолжается. По завершении следствия материалы дела будут переданы для рассмотрения по существу в Вахитовский районный суд Казани.

Стоит отметить, сейчас Мухитдинов проходит по делу в статусе обвиняемого. В отношении него следователь избрал меру пресечения «подписка о невыезде и надлежащем поведении».

В своем обращении Нагуманову Мухитдинов попросил оказать ему содействие в прекращении незаконного уголовного преследования со стороны сотрудников МВД Республики Татарстан, ссылаясь на то, что президент РФ Владимир Путин неоднократно высказывался о недопустимости уголовного преследования предпринимателей по надуманным обвинениям.

Адвокат Мухитдинова рассказал, что его подзащитный просил Арбитражный суд РТ признать недействительным протокол №  1 общего собрания учредителей ООО «КЗСД» от 6 декабря 2012 года об увеличении уставного капитала компании и включении в нее нового учредителя — саратовского миллиардера Игоря Седова. Тогда, внеся в уставной капитал 200 тысяч рублей, Седов стал владельцем 80 процентов активов КЗСД. На тот период эта доля оценивалась, по словам Мухитдинова, в 224,17 миллиона рублей. При этом доли остальных учредителей заметно сократились, в том числе у Мухитдинова она уменьшилась с 20 до 4 процентов. Он заявил, что не принимал участие в том заседании учредителей и не подписывал документ, а об изменении в составе учредителей узнал значительно позже — 29 апреля 2016 года во время очередного общего собрания.

И вот эта попытка Мухитдинова через арбитражный суд оспорить документ и вернуть свои потерянные 16% и была расценена руководством завода (за которым стоит Игорь Седов), а затем и сотрудниками МВД по РТ как мошенничество, правда, не доведенного до конца.

Это все интересно, но есть и еще один примечательный момент — позже выяснилось, что в том злополучном протоколе под именем Руслана Мухитдинова стояла подпись его покойного отца Мухитдинова-старшего. В суде были представлены и другие документы, подписанные Мухитдиновым младшим. Но он заявил, что и на этом документе он не подписывался — якобы подпись поддельная. Была назначена судебная экспертиза, которая, однако, признала, что подпись подлинная. Мухитдинов с этим выводом категорически не согласился, сославшись на то, что у него очень простой автограф и легко поддается подделке. Еще одним ключевым аргументом стало то, что и в 2014, и в 2015 году Мухитдинов-младший получал от общества дивиденды, рассчитанные исходя из доли в 4 процента, а не 20 процентов.
В своем обращении на имя Нагуманова Мухитдинов отметил, что независимо от того, какое заключение дал эксперт по его подписи, он имел конституционное право на защиту, право, как учредитель, оспаривать решение общего собрания по причине нарушения порядка его проведения. Ту же линию гнет и адвокат Володиче. По его словам, мошенничество подразумевает совершение хищения чужого имущества или получение права на чужое имущество путем обмана. «Однако Мухитдинов ничего не подделал, фиктивных документов не составлял и обратился в суд в связи с несогласием с протоколом общего собрания ООО «КЗСД» от 06.12.2012 г., который он не подписывал.

Володичев отмечает, что, обращаясь в суд, Руслан Мухитдинов не пытался обманом похитить и приобрести права на 16 процентов доли в уставном капитале ООО «КЗСД» и подобных требований перед судом не ставил. Он хотел признать недействительными решения, отраженные в протоколе №  1 и аннулировать запись в ЕГРЮЛ, в соответствии с которой именно его доля в уставном капитале была уменьшена с 20% до 4%. Другими словами, он просто хотел восстановить свою долю, принадлежавшую ему до 6 декабря 2012 года, размер которой считал незаконно уменьшенным, а не безвозмездно изъять чужую. Таким образом, по мнению адвоката, никакого безвозмездного изъятия чужого имущества (доли) или получение права на чужое имущество (долю) не могло быть даже в случае удовлетворения иска Мухитдинова.

Эксперты-юристы, которые изучали дело Мухитдинова, отмечают, что оно оставляет двоякое впечатление. Они не нашли подтверждений коррупционной составляющей и «заказной» заинтересованности со стороны правоохранительных органов. Также было сказано про обнаруженные ими нестыковки в деле, которых достаточно большое количество. Юристы утверждают, что не видят юридического основания инкриминировать Мухитдинову попытку мошенничества.


Сейчас читают